Политика

Муниципальный фильтр. Смысл полемики

День единого голосования

YouTube

В последнее время в СМИ неоднократно поднималась тема муниципальных фильтров на региональных выборах и полезности или вредности этого инструмента. О том, как вообще действует муниципальный фильтр в сложившихся в России условиях, размышляет аналитик «Полит.ру» Василий Измайлов.

«Последние недели проходили под знаком обсуждения нужности или ненужности муниципального фильтра. Поводом к этому послужили «пассивные отказы в регистрации», если так можно сказать, оппозиционных кандидатов Евгения Ройзмана в Свердловской области и Вячеслава Мархаева в Бурятии.

Проблема делится на несколько частей. Можно говорить о том, существовали ли реальные шансы победить у Ройзмана и Мархаева. Я полагаю, что таких шансов не было. Ситуацию в Екатеринбурге я знаю существенно лучше, чем ситуацию в Бурятии, и по Екатеринбургу все говорили о том, что Ройзман в последние годы был «политическим трупом», имея не очень значительный электорат в городе и совсем не имея его в области.

Что касается Бурятии. Бурятские эксперты, опрошенные нами, говорили о том, что ситуация с Мархаевым в чем-то сходна с ситуацией с Ройзманом: Мархаева неплохо знают в Улан-Удэ, но не очень хорошо знают в крае, и потенциала КПРФ, от которой он решил баллотироваться, для победы и сколько-нибудь серьезных показателей просто не хватит. Да, там был допущен просчет на уровне выдвижения кандидата от власти, но ситуация разрешилась так, как она разрешилась.


 

Вячеслав Мархаев, кандидат
от КПРФ / kprf.ru

Однако обе эти истории заставляют чуть поподробнее поговорить о том, что такое муниципальный фильтр в сложившейся политической системе России.

Выборы на муниципальном уровне – одновременно самые простые и самые сложные. И когда самая разная оппозиция говорит о том, что мы-де, такие несчастные, нас зажимают, нас не пускают, в этом есть определенная доля правды. Но есть в этом и лукавство. Лукавство заключается в том, что та же самая оппозиция, как парламентская, так и непарламентская, практически совсем не участвует в выборах. И это в известном смысле загадка, поскольку существующее законодательство и существующая политическая практика делают выборы на муниципальном уровне в известном смысле ключевыми.

Да, возможно, оппозиция на них не выберет губернатора или мэра, но она получает очень мощный рычаг хотя бы для переговоров с той самой властью, которую она, оппозиция, так нещадно охаивает. Поэтому когда я говорю о лукавстве, я имею в виду вот что: обратите внимание, сколько вы слышали разговоров о том, что те или иные губернаторские или мэрские выборы происходят нечестно? Думаю, достаточное количество. Больше или меньше, но такие разговоры ведутся. А сколько вы слышали разговоров о том, что выборы на муниципальном уровне происходят как-то не так? Думаю, вы совсем этого не слышали.

Скажу больше: даже я этого не слышал, хотя мне по долгу службы слышать это нужно. И объяснение тому, почему так случилось, не только в том, что муниципальные выборы никого не интересуют – объяснение именно в том, что на муниципальном уровне ничего не случилось.

Возникает вопрос, почему это происходит, почему оппозиция так себя ведет. Тут как минимум два на поверхности лежащих объяснения. Объяснение номер один заключается в том, что оппозиционные партии в регионах обычно «заточены» под своего лидера. У лидера очень простая задача: либо выбраться в законодательное собрание, либо выбраться в Государственную Думу. И, по большому счету, партия, вся эта мелкотня, сопряженная с юридическими, околоюридическими, политическими и околополитическими рисками и разборками, этого человека интересует очень мало. Его интересует сам он, любимый. Ну, и партия – постольку, поскольку обеспечивает ему достижение тех или иных личных интересов.

Второе объяснение связано с тем, как добиться выдвижения на муниципальном уровне нужных кандидатов. И это история серьезная, но не безнадежная. Серьезная вот почему: потому что на муниципальном уровне – а именно: в поселке, в городском поселении, в сельском поселении, в муниципальном образовании, где, в общем, все всех знают, – почти всегда найдутся рычаги давления на того человека, который решит выдвинуться не от партии власти. Это могут быть какие-то рабочие моменты, это могут быть какие-то социальные моменты, это могут быть родственные моменты. Очень хорошо помню, как в одном регионе (не буду называть его) прекрасный кандидат, который имел все шансы для того, чтобы выбраться, решил перестать баллотироваться, потому что ему сказали, что в этом случае его дочь, которая работала не то в налоговой полиции, не то в налоговой инспекции, не то в какой-то смежной или очень похожей организации, просто будет со своей работы уволена. И это немалая опасность, которая заставляет сколько-нибудь популярных на муниципальном уровне людей крепко думать о том, баллотироваться ли вообще куда бы то ни было, и тем более – баллотироваться ли от оппозиционной партии.

Однако это – вариант переговоров. Поскольку люди в провинции живут, скажем прямо, небогато. И любая попытка пересмотра социального статуса человека в сторону его повышения расцениваются им крайне положительно. Так что, условно говоря, из десяти интересантов можно найти двух, которые пойдут до конца. То есть будут выдвигаться, пройдут все необходимые процедуры и не поддадутся давлению извне в том случае, если это давление будет организовано. Поэтому разговор о недостатке муниципальных депутатов, который у нас очень любят вести те или иные политические силы, как мы понимаем, есть немножечко разговор в пользу бедных.

Да, для муниципальных уровней требуется деньги, но деньги несопоставимые с теми, которые требуются на всех других уровнях. Да, муниципальные депутаты номинально не очень влиятельны. Но их «линейка» оказывается существенно более значимой, чем какой-то пусть и очень важный депутат в областном законодательном собрании.

Иное дело, что на муниципальных выборах очень сложно освоить бюджеты. И муниципальные выборы очень не любят политтехнологи – потому что там, о ужас, надо серьезно работать! Там невозможно ничего «закидать» идейкой, там даже полевая работа требует очень серьезного напряжения и там нужно очень четко работать со своим колеблющимся электоратом. А если называть вещи своими именами, по большому счету, за последние годы наши технологи разучились трудиться. И это тоже является одним из объяснений того, почему на муниципальном уровне ничего не происходит.  


 

Сбор подписей избирателей / politanalitika.ru

В практическом смысле, резюмируя этот краткий экскурс в феномен муниципальных выборов, можно сказать, что в нынешней политической системе, как бы ее ни назвать и ни оценивать, наличие или отсутствие муниципального фильтра в известном смысле не играет никакой роли. Поскольку сам уровень муниципальных выборов политическими силами, кроме «Единой России», у которой, что называется, работа такая, обходится стороной. И это разговор о том, насколько нужно создавать (или не создавать) какие-то теоретические конструкции, которые позволяют (или не позволяют) тем или иным оппозиционным кандидатам (и в существенно меньшей степени – кандидатам власти) мотивировать свое неумение и нежелание к системному труду.

Поэтому я выскажусь, возможно, резко: что бы ни говорили Памфилова, Кириенко, что бы ни говорили их сотрудники и просто политические деятели, так или иначе вовлеченные в избирательный процесс, разговоры о муниципальном фильтре – это все от лукавого. А для того, чтобы реформировать избирательную систему, требуются существенно более радикальные меры организационного, финансового и, прежде всего, содержательного толка. Поскольку в нынешней системе, где местные и муниципальные власти фактически лишены сколько-нибудь значимых финансовых рычагов развития территории, их роль достаточно номинальна. А предоставь им такие рычаги, так у нас, боюсь, не хватит контрольных органов для того, чтобы должным образом фиксировать нарушения и злоупотребления, которые неизбежно будут возникать в этой ситуации.

В обоих случаях все упирается в персоналии. Но, как говорил один генеральный секретарь одной коммунистической партии одному из своих сотрудников, других писателей (сиречь – депутатов, сиречь – руководителей) на сегодняшний день у нас нет. И что-то мне подсказывает, что ни в ближайшее время, ни в обозримом будущем их и не появится», – сказал Василий Измайлов.

Обсудите в соцсетях
Источник

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *