Герб над воротами

pixabay.com

Центр не посылает в регионы однозначные сигналы о том, какой стиль руководства ожидается от губернаторов — в результате руководители регионов разрываются между моделью «сильного лидера», которые самостоятельно справляются со всеми трудностями, и моделью «технократа», не претендующие на какое-либо значимое влияние. Это, как говорится в ежемесячном докладе фонда «Петербургская политика», помимо прочего сказывается на и на губернаторских выборах, которые пройдут в 16 регионах.

Это все осложняет тот факт, что внутри федеративного устройства долгое время существует известная двусмысленность.

С одной стороны, общая рамка внутренней политики предполагает в последние годы «крайне низкую политическую субъектность» губернатора и его подчеркнуто подчиненное положение по отношению к федеральному центру. Особенно ярко это проявляется во время «прямых линий», когда президент может за минуту решить тот или иной местный вопрос, при этом затронув репутацию губернатора.

С другой стороны, существует группа регионов, имеющих высокий уровень автономности от центральной власти, к ним можно отнести Татарстан, Чечню, Якутию, Белгородскую, Кемеровскую области, Москву, Санкт-Петербург, а также в какой-то степени Воронежскую, Московскую, Нижегородскую, Самарскую, Тульскую и Тюменскую области, а также Ямало-Ненецкую  автономию.


 

Фигура дракона на территории казанского кремля / pixabay.com

Интересно, что отказ от конкурентного сценария выборов ограничивает возможности для политического усиления победителей: врио губернаторов это понимают, но по-разному выстраивают систему управления социально-политическими рисками.

Эксперты выделяют четыре типа поведения врио губернатора с точки зрения управления рисками: эти риски могут накапливаться (Калининградская, Новгородская, Рязанская, Свердловская и Ярославская области) или не накапливаться (Мордовия, Саратовская и Томская области, Севастополь), временно замораживаться (Бурятия, Марий Эл, Удмуртия, Кировская область) или снижаться (Карелия, Пермский край, Белгородская область). Например, в Калининграде молодой возраст Антона Алиханова играет против него: метные элиты явно этим раздражены. Андрей Никитин в Новгороде дистанцируется от происходящего в регионе, а его стиль управления не совпадает с тем, к чему там привыкли. Переназначение Евгения Куйвашева в Свердловской области было смазано «аппаратной войной» в отношении мэра Екатеринбурга Евгения Ройзмана. А в Ярославле Дмитрию Миронову не удалось установить коммуникацию с населением и элитами.


 

Дмитрий Миронов, врио губернатора Ярославской области / yaroslavl-room.ru

Исполняющие обязанности губернаторов действуют в соответствии со своим пониманием политики и им не хватает сигналов по неким приоритетам, заявил «Ведомостям» президент «Петербургской политики» Михаил Виноградов. «Нет сигнала о том, как вести себя с элитами — нейтрализовывать их или создавать широкие коалиции. Не ясно, должна ли власть быть сильной независимо от реакции общественного мнения или пытаться сглаживать углы», — сказал он. Хотя, даже если такие сигналы последуют, трудно представить, что губернаторы принципиально себя изменят, считает эксперт: «Но, возможно, они повлияют на формирование команд после голосования, чтобы не копить риски к президентским выборам».

Обсудите в соцсетях
Источник


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*