Политика

Новый шаг в дискредитации правозащитной деятельности КНДР

Итак, следующий шаг в продвижении «проблемы прав человека в КНДР» все-таки сделан. 18 ноября 2014 г. Третий комитет Генеральной Ассамблеи ООН рекомендовал Совету Безопасности всемирной организации передать вопрос о ситуации в КНДР на рассмотрение Международного уголовного суда в Гааге, а также изучить возможность введения «эффективных и целенаправленных санкций» против тех, кто несет наибольшую ответственность за преступления против человечности.

Резолюция содержит осуждение систематических нарушений прав человека на севере Корейского полуострова, напоминает о выводах специальной комиссии Совета ООН по правам человека и поддерживает готовность Пхеньяна сотрудничать с мировым сообществом в урегулировании вопросов, связанных с правами человека.

За соответствующую резолюцию проголосовали 111 государств-членов ООН, 19 стран, в том числе Россия, Белоруссия, Китай, Куба и Сирия, проголосовали против. Еще 55 государств воздержались. Делегация Кубы предложила поправку, которая вместо рекомендации о передаче дела о преступлениях против человечности в КНДР на рассмотрение Международного уголовного суда рекомендовала использовать некий «новый подход, основанный на сотрудничестве», однако за поправку проголосовали лишь 40 государств, и она принята не была.

США и РК расценивают это событие как свою победу. Как говорится в заявлении МИД Южной Кореи, «резолюция ООН о правах человека в Северной Корее отражает озабоченность мирового сообщества ситуацией на севере Корейского полуострова и всемерное желание исправить её».

Представитель госдепартамента США Джефф Ратке также отметил, что Вашингтон всегда поддерживал принятие ежегодных резолюций по данной проблеме, указав «на убедительность рекомендаций и результатов работы специальной комиссии ООН по расследованию нарушений прав человека в КНДР».

Китай, однако, выступает против. Об этом заявил официальный представитель МИД КНР Хун Лэй. «Мы считаем, что Совет Безопасности ООН — неподходящая площадка для обсуждения вопросов прав человека», — подчеркнул он. — «Передача дела в Международный уголовный суд не будет способствовать решению проблем, поэтому Китай проголосовал против резолюции, предлагавшей это».

Реакция КНДР тоже предсказуема. Тон северокорейских заявлений можно даже назвать истерическим, а постоянный представитель страны при ООН Ча Сон Нам в своём выступлении после голосования назвал документ «конфронтационным». Ча подчеркнул, что Запад преследует «низкие политические цели по уничтожению идеологии и политической системы» КНДР, поэтому Пхеньян намерен «оберегать социалистическую систему любыми средствами».

Сдержанную позицию заняла и Россия. «Представленный нашему вниманию документ нельзя называть взвешенным и неполитизированным», — заявил директор департамента по гуманитарному сотрудничеству и правам человека МИД РФ Анатолий Викторов. Такая оценка справедлива, если сравнить данную резолюцию с принятой несколькими днями позже, 22 ноября 2014 г., резолюцией, призывающую страны принять более эффективные меры по борьбе с героизацией нацизма и другими формами расовой дискриминации, ксенофобии и нетерпимости. За документ, представленный Россией, проголосовали 115 из 193 государств — членов ООН. Три страны высказались против — Канада, США и Украина. Еще 55 делегаций, в том числе страны Европейского союза, воздержались.

Впрочем, надо обратить внимание, что передача северокорейского досье в Международный уголовный суд, если она случится, может всерьез дискредитировать тему международного воздействия на страны-изгои за нарушение прав человека.

Во-первых, тенденциозность обвинений видна даже невооруженным глазом. Мы разбирали это в наших предыдущих материалах, и дело здесь в том, что 30 открытых свидетелей, — это очень мало, чтобы всерьез выдвигать обвинения о геноциде. Доказательства преступлений такого рода должны быть подкреплены куда большим объемом свидетельских показаний и фактов, а аргументы категории «полную правду мы узнаем только когда сменится режим», мы уже проходили в Ираке и Югославии. Когда выяснялось, что ключевой свидетель по делу врал, а пусковое для вторжения событие было неправильно интерпретировано, но отмотать время назад уже нельзя.

Качество свидетелей хорошо видно по ключевой фигуре Син Дон Хёка. Мне сложно представить себе любое другое громкое дело, в котором на современном Западе главным свидетелем оказался бы человек, обвиняемый в педофилии. На фоне той истерики, которая окружает тему насилия по отношению к несовершеннолетним, такой человек вряд ли бы стал медиаперсоной и тем более вряд ли бы его показания были приняты к сведению. Но Син, который сбежал из КНДР после изнасилования 13-летней девочки, — «счастливое исключение».

Во-вторых, процесс окончательно превращается не в процесс против конкретных нарушителей прав человека, как это должно было бы быть, а в процесс против режима вообще. И плевать, что с точки зрения международного права Ким Чен Ын если и несет ответственность за какие-либо преступления, то только за то, что случилось во время его правления. Более того, теперь хорошим тоном считается доказывать наличие прямого приказа или реальной возможности обвиняемого что-то предотвратить. История двух хорватских генералов, которых оправдали по обвинению в организации геноцида, подтверждает это. Оказалось, они просто не могли предотвратить ситуацию на местах. Такой прецедент означает, что аналогичную логику можно применять и к руководству КНДР и не навешивать на него символическую ответственность абсолютно за все, что происходит во время его правления. Либо — речь пойдет о двойных стандартах, когда за аналогичные типы преступлений сербские генералы несли ответственность, а хорватские — нет.

В-третьих, тенденциозный доклад неплохо бы сравнить с положением с правами человека в тех странах, которые оказываются «друзьями демократии». Если применять в их отношении те же методы (отбор специфических свидетелей или использование ангажированных экспертов, замалчивающих наличие других трактовок событий, или точек зрения, более подкрепленных фактами), то превратить в «государство зла», режим в котором нужно немедленно уничтожить любой ценой, можно и Саудовскую Аравию.

Иной пример — помнит ли кто-то активные действия по наведению порядка на Гаити, где массовые сожжения людей живьем (как политических противников режима, так и по обвинению в колдовстве) прекрасно описаны и задокументированы, при том, что выяснением того, все ли там в порядке, занимался все тот же господин Дарусман.

В-четвертых, даже если дело будет передано в Международный уголовный суд, процесс может занять годы и имеет шанс застрять или развалиться, поскольку и во время него обвинения все-таки тоже нужно будет доказывать. Да, безусловно, в определенных кластерах общественного мнения виновник уже найден подобно тому, как «все прекрасно знают, кто сбил малазийский Боинг», несмотря на то, что официальное расследование длится долго, намедни было продлено, а результатов не видно до сих пор. Поэтому рассмотрение дела в Международном уголовном суде имеет шанс нанести Северной Корее только репутационный вред, превратившись в долговременный спектакль. И даже если какой-то вердикт будет вынесен, то напомним, что разговоры о золоте Ким Чен Ира в европейских банках так и остались разговорами, и статус страны-изгоя, как ни странно, защищает Кима от возможных последствий приговора Международного уголовного суда. Вряд ли он окажется в стране, в которой его будут пытаться арестовывать. Скорее он разделит судьбу руководителя Судана Омара аль-Башира, в отношении которого подобный приговор вынесен, но это ему особенно не мешает.

В-пятых, можно обратить внимание на то, как разговоры о правах человека, которые, судя по тону северокорейских заявлений, очень больно задевают Пхеньян, совпадают с теми периодами межкорейских и региональных отношений, когда КНДР пытается наладить диалог или добиться экономического благополучия. Возникает ощущение, что таким образом Север как бы пытаются удерживать в нише бедной, агрессивной и неадекватной страны, любыми способами тормозя ее попытки сменить имидж и подталкивая к определенным действиям.

Чем опасна эта свистопляска не только в отношении КНДР и почему мы должны подвергать такие поползновения беспощадной критике? Взбивая пену в похожих ситуациях, «адепты демократии» напоминают пастушка, который кричал «волки! волки!» и добился того, что когда настоящие волки пришли, все подумали, что он в очередной раз шутит. Слова вроде «геноцид», «организация голода» и т. п. постепенно забалтываются, а это плохо, потому что международное сообщество должно среагировать на реальную угрозу, если в мире начнет происходить нечто подобное. Поэтому я надеюсь, очень надеюсь, что какая-то из стран, понимающая приоритет стратегического мышления над тактической выгодой, наложит «вето» на этот процесс, пока он не привел к совсем неприятным и неожиданным результатам.

Константин Асмолов

Источник: ru.journal-neo.org

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *