В последнее время вновь усилилась кампания в прессе по обвинению Катара в поощрении террористической деятельности. Однако многие выступления руководства эмирата, и самое главное их дела и поступки говорят об обратном. Давайте обратимся к фактам. Например, только что официальные лица в Катаре заявили Би-би-си, что утверждения о том, будто эта страна финансирует террористические группировки в Сирии, в том числе «Исламское государство», не соответствуют действительности. Катарские чиновники, включая главу разведывательной службы страны, подчеркнули, что помощь оказывается исключительно умеренным повстанцам и делается это по согласованию с ЦРУ и другими спецслужбами западных и арабских стран. При этом расходование средств строго контролируется.

Причиной столь откровенного заявления стали голословные обвинения в адрес Катара, которые выдвинул заместитель министра финансов США по борьбе с терроризмом и финансовой разведке Дэвид Коэн. Эти обвинения поддержали ряд британских парламентариев, которые потребовали от правительства предупредить эмира Катара о «возможном охлаждении двухсторонних отношений из-за участия Дохи в финансирование терроризма». Вполне очевидно, что поскольку Великобритания является одним из основных политических и торгово-финансовых партнеров Катара, а британские компании принимают активное участие в программе модернизации экономики эмирата, то любое охлаждение отношений с Лондоном может весьма негативным образом отразиться на положении правящей династии.

Большая часть вины за распространение экстремизма на Ближнем Востоке лежит на политике репрессивных режимов в регионе, заявил эмир Катара шейх Тамим бен Хамад Аль Тани. “Те силы, которые отвергли путь реформ и мирного, плавного перехода, а также подняли оружие против своих народов, взяли на себя всю полноту ответственности за формирование благоприятной почвы для экстремизма”, – подчеркнул он, предупредив о связанных с террором “социальных и культурных рисках для общества, цивилизации и исламской нации”. Эмир также вновь указал на категорическое неприятие его страной “терроризма и религиозного экстремизма”.

Кроме того, катарский эмир убежден, что справиться с этой угрозой “невозможно лишь одними бомбежками с воздуха”. “Это требует избавления от первопричин, которые способствовали появлению социальных инкубаторов для экстремизма”, – сказал он. Главными из них эмир считает “беспрецедентное насилие”, которое совершается сирийским режимом и “практикуется некоторыми милициями в Ираке”. “Любая антитеррористическая политика в Сирии или Ираке, которая не будет принимать этого во внимание, станет политикой по управлению кризисом без стратегии”, – указал он.

С самого начала сирийского конфликта Катар, наряду с некоторыми другими странами региона, утверждают катарские СМИ, оказывал активную политическую и военную помощь вооруженной оппозиции, противостоящей центральным властям в Дамаске. В адрес Дохи неоднократно звучали обвинения и в подпитке радикальных исламистских группировок, однако катарское правительство не раз заявляло, что не поддерживает экстремистов, а также никогда не взаимодействовала с орудующими в Ираке и Сирии боевиками “Исламского государства” /ИГ/.

По имеющейся информации, в настоящий момент Катар оказывает логистическую поддержку возглавляемому США контртеррористическому альянсу против ИГ, не участвуя непосредственно в боевых налетах, а предоставляя союзникам возможность использования своей авиабазы в Эль-Удейде – крупнейшей в регионе.

В русле этой политики, направленной на всемерную борьбу с терроризмом и его любыми проявлениями, правительство Катара по настоянию своего эмира приняло ряд антитеррористических законов.  Например, один из них направлен на борьбу с киберпреступностью, который предоставляет правительству новые полномочия для мониторинга и приостановки деятельности лиц и организаций по их содействию в Интернете тем группам, которые признаны террористическими. Второй закон расширяет возможности внимательно следить за сделками благотворительных организаций по переводу финансовых средств из Катара. Благодаря этому, соответствующие органы будут иметь больше возможностей для выявления лиц, которые, «возможно, пытаются направлять средства террористическим группировкам,-заявил эмир Катара. — Мы будем и впредь принимать все необходимые меры по борьбе с терроризмом во всех его формах и методах».

Катар проводит такую политику не только внутри эмирата, но и на внешней арене, пытаясь активизировать свои усилия в борьбе против терроризма, за соблюдение и уважение прав человека. Эмират будет активно поддерживать усилия в области поощрения руководящих принципов ООН по вопросам бизнеса и прав человека, сказал помощник министра иностранных дел по международному сотрудничеству шейх Мохаммед бин Абдул Рахман бин Джасим Аль Тани. Он подчеркнул, что Катар, через членство в Совете по правам человека и в ООН, в других международных и региональных организациях и учреждениях будет способствовать и активно поддерживать усилия в области поощрения прав человека. Дипломат отметил, что укрепление и защита прав человека -это стратегический выбор Катара и является краеугольным камнем его внешней и внутренней политики. В этой связи, можно напомнить, что Катар был избран Генеральной Ассамблеей ООН в октябре прошлого года в качестве члена Совета по правам человека сроком на три года (2015-2017).

Виктор Михин

Источник: iarex.ru


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*