Общество

Шесть «пятых колонн»

Крым расколол не только российское общество в целом, но и либеральные круги — в частности. Вчера, вроде, было ясно, кто есть кто, а сегодня уже либерал Каспаров отрекается от либералов Навального и Ходорковского, уверяя, что они, мол, ничем не отличаются от сторонников Кремля.

Можно, конечно, по привычке списать подобные междоусобные склоки на традиционную неспособность российских сторонников демократии к разумным, согласованным действиям и на желание каждого крупного политика быть единоличным лидером. Однако на самом деле все обстоит намного сложнее. Либеральный лагерь представляет у нас что-то вроде салата, куда накрошили самых разных овощей. Можно слопать всех вместе, не различая на вкус, где картошка, а где сельдерей. Но каждый отдельный овощ при этом считает себя самым вкусным, полезным и питательным, полагая, что именно он — основа салата, тогда как другие — не более чем вкусовая добавка.

Пока в стране было относительно спокойно, овощи в салате жили мирно и даже пытались формировать координационный совет. Но после Крыма у различных продуктов выявилась абсолютная несовместимость. Раньше мы могли отнести к либеральному лагерю всех тех, кто уважает европейские ценности, стремится к свободе, опасается возвращения в советское прошлое, предпочитает прагматизм пропагандистской кремлевской трескотне и по мере сил сопротивляется путинскому курсу. Но теперь выясняется, что перечислявшиеся через запятую критерии невозможно увязать в одной фразе.

Квасные патриоты обычно именуют либералов пятой колонной. Однако серьезный анализ показывает, что таких «пятых колонн» у нас, как минимум, шесть. Если бы противники нынешнего режима действовали по заказу извне, то выступали бы единым строем. Однако на деле у каждого из них — своя правда, определяемая знаниями, убеждениями и жизненным опытом.

«Законники». Это те, кто считает, что действовать в любом случае следует не по произволу властей, а по закону. Применительно к проблеме Крыма они, естественно, оперируют нормами международного права. Нельзя перекраивать государственные границы лишь потому, что медведь в тайге всех сильнее, как намекнул недавно Владимир Путин. Человечество веками стремилось обуздать своеволие властителей и установить правила, предотвращающие международные конфликты. Если мы вернемся к временам, когда доминировало право сильного, недалеко будет до новых мировых войн. После разгрома фашизма страны-победители (СССР, в том числе) четко установили всех устраивающие и не подлежащие пересмотру европейские границы. Поэтому лишать Украину части ее территории можно только с согласия украинцев и исключительно посредством международных переговоров. Если же Украина видит себя единым государством, то, значит, Крым не может ее покинуть ни при каких обстоятельствах — как бы этого ни хотелось отдельным лицам.

«Национал-либералы». Другая группа полагает, что человеческая свобода как фундаментальное понятие гораздо важнее любых формально существующих законов. Если в какой-то стране по закону существует рабство, это не значит, что другие страны должны его уважать. Если где-то по закону практикуется геноцид, цивилизованные нации должны это варварство пресечь. Так же и с территориями. Границы между государствами устанавливаются субъективно. Часто они являются наследием старых имперских времен. И если эпоха империй ушла в прошлое, то можно осуществить пересмотр границ. Каждый народ имеет право на самоопределение, на свободу от власти того большого государства, в составе которого он оказался случайно. И если жители Крыма не считают себя украинцами, они, как всякие другие народы, имеют право сформировать собственное государство. Более того, обретя независимость, они могут присоединиться к России, если считают себя по национальности русскими.

«Западники». Третья группа либералов полагает, что России для нормального развития следует максимально придерживаться европейских ценностей. Нормы, утвердившиеся на Западе, могут не всегда быть хорошими с этической точки зрения (там люди, естественно, тоже ошибаются), однако вопросы морали лучше оставить для философских трактатов. Когда же речь идет о политике, наша задача состоит в том, чтобы создать все условия для движения страны к процветанию. Если мы добьемся роста ВВП и повышения реальных доходов населения, если создадим высококачественные системы образования, здравоохранения и пенсионного обеспечения, — то не так уж важно, как проходят границы отдельных регионов. И раз присоединение Крыма обернулось для нас западными санкциями, препятствующими экономическому развитию, значит, присоединять ничего не стоило. Пусть жители Крыма сами решают свои проблемы, не втягивая в разборки россиян, а мы должны позаботиться о собственной стране.

«Антисоветчики». Представители данной группы полагают, что наше советское прошлое было антилиберальным. Для того, чтобы уйти от него, мы совершили целый ряд важных революционных преобразований в экономике и политике. С этой точки зрения перекройка границ отдельных регионов не так уж страшна. Крым был, как известно, включен в состав Украины в советское время по решению Никиты Хрущева. При распаде СССР никто не анализировал, насколько правильно были установлены границы между союзными республиками. Демонтировали страну чисто механически. В итоге так вышло, что пребывание Крыма в составе Украины является не более чем одним из проявлений советского абсурда. Примерно таким же, как административная экономика или правление КПСС. Переход Крыма в состав России — это не нарушение международных норм (мы же не пересматриваем границы, установленные Ялтинским соглашением), а всего лишь отказ от советского наследия.

«Бунтари». Эти люди рассуждают по принципу «если Путин за, то я против». Если Путин решил присоединить Крым к России, то, значит, в этом нет ничего хорошего, поскольку, как полагает данная группа людей, от правителя, покусившегося на свободы и установившего авторитарный режим, правильных решений ждать вообще не следует. Формально относить подобное мнение к числу либеральных, естественно, не следует. Никакого либерализма нет в том, чтобы из принципа оспаривать любое решение власти. Но так уж сложилось, что российская политическая жизнь очень эмоциональна. Большая часть людей, поддерживающих либеральные идеи и выходящих на массовые протестные акции под лозунгами «За свободу!», на самом деле в тонкостях либерализма совсем не разбирается. Для них Путин символизирует все антилиберальное, а потому правильную позицию представители данной группы формулируют именно по отношению к президенту страны.

«Прагматики». Сторонники подобного подхода вообще не считают важным разбираться задним числом в том, что уже произошло. Так сложилось, что Россия взяла у Украины Крым, и теперь это — факт отечественной истории. Другим фактом является то, что подавляющее большинство народа это решение властей поддержало. Если либералы хотят так или иначе влиять на власть, на принятие по-настоящему важных решений, им придется с данными фактами считаться. Нельзя подорвать позиции режима, сохраняя в своих политических программах те пункты, которые обществом отторгаются. Осуществление экономических и политических реформ, позволяющих России нормально развиваться, для либералов гораздо важнее Крыма. А потому сегодня надо молча согласиться с широкими массами в том, что Крым наш, но при этом продолжать бить противника по его болевым точкам. Таким, как прогрессирующая коррупция, грядущий развал экономики, фальсификация результатов выборов.

У каждой из этих шести либеральных групп — свои аргументы. Одни либералы считают возможным принять переход Крыма от Украины к России, тогда как другие жестко отрицают это решение. Раскол между различными либеральными колоннами, наверное, не столь сильный, как между патриотами-националистами и патриотами-имперцами, однако на судьбы протестного движения в России он повлияет довольно сильно.

Дмитрий Травин

Источник: rosbalt.ru

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *